Кто-то вошел, громко хлопнув дверью, при этом оконное стекло жалобно задребезжало. По холлу еле плелась усталая девушка, снимая с себя одежду и кидая ее на пол. Первый на пол последовал черный парик, следом куртка, из вещей на ней осталось только нижнее белье. О чем она думала сейчас врят ли подходит под мысли нормального человека, хотя вообще подходит ли под нее это слово – нормальная. Робин хоть и устало, но грациозно добралась до ванной комнаты. В зеркало уставилась пара пронзительно голубых глаз – это всего на всего были линзы. И вот последняя деталь маски была снята, и теперь отражение было настоящим: волосы серебром рассыпались по плечам, в кошачьи глаза лезла непослушная челка, все лицо отражало усталость, но не простую, как от изнуряющей работы, а душевную усталость – усталость копившуюся все это время….
- И вот снова чужая жизненная нить оборвана, твоими руками, Робин – губы скривились жестокой усмешке. – Снова и снова я делаю это – Робин захватил всплеск гнева, и резкий скрежет когтей раздался по гладкой поверхности зеркала, но секундная слабость вскоре снова была взята в тиски самообладанием.
-Мать твою за ногу! – зарычала девушка, глядя на испорченное раритетное зеркало. – Чтоб его, надо было просить больше сумму за этого идиота! Заставил же скотина, меня за ним побегать! – тяжкий вздох вырвался из ее груди. Обычные трудовые будни сегодня превратились в конные бега на выживание. Робин поправила надоевшую челку, и только заметила на руках кровь, кровь жертвы, вследствие чего лоб, губы были так же испачканы бардовой жидкостью. Она облизнула вдруг пересохшие губы, пробуя кровь на вкус. Дрожь прошла по ее телу, вызывая еще большее отвращение ко всему: но было что-то приятное- наверное чувство страха, которое испытала жертва.
- А может, стоило утолить жажду…. Нет, я правильно поступила – простое убийство не вызовет такой бурной реакции, как опустошенное тело…. – голос разума еще долго спорил с этой дикой необузданной жаждой, пока Робин принимала душ. Уже выходя, услышала в холе свой трезвонящий мобильник.
- Нет меня – прорычала неизвестно кому она, выходя из душа в неглиже. С нее стекала вода, но это нисколько не смущало, так как Робин в этом огромном доме живет одна, не считая черного дога, который, по-видимому, уловив отвратительное настроение хозяйки, решил даже не появляться ей на глаза. Но похоронный марш, а именно такая мелодия освещало вызов по работе и, не думал прекращаться. Маневрируя между разбросанной одеждой, Робин добралась до мобильника.
-Да! – грубо ответила она, в ее голосе бушевала гроза с северными ветрами, у многих от такой интонации пошли бы уже мурашки, но заказчик явно был не из этого сорта людей.
-Это Марго? – невозмутимо прозвучала на другом конце трубки.
-А вы набрали этот номер, и хотите услышать кого-то другого? – холодно съязвила девушка. Воспользовавшись минутной паузой, Робин за несколько секунду накинула короткий из черного шелка халат, и, закинув ногу на ногу, уже сидела в кресле.
-Вы чем-то неудовлетворенны? – нарушила все так же холодным тоном мертвую тишину Робин.
-Мы, кажется, договаривались, что вы его застрелите, а не горло перережете? – послышалось легкое раздражение.
- А я, кажется, говорила ранее, что сделаю так, как мне будет удобней – грубо в тон ответила девушка, сверля картину на противоположной стене. Вроде это была кисть Пабло Пикассо, или, что-то в этом роде – весь дом был увешан многими подлинниками картин великих художников, их не счесть и за час.
- Он заставил меня побегать, живучая зараза! – возмутилась Робин, убивая своей интонацией собеседника. На этот раз это был бандит в законе – крупная рыбешка, но только в своих кругах, не больше. Но за него заплатили неплохую сумму, и если сильно не транжирить, как любила Робин, можно было прожить, месяца три, не тужа.
-Тонкий намек, леди Марго – мелодично промурлыкал понятливый оппонент. – Хорошо, сумма увеличивается в два раза. Надеюсь, если что, на вашу помощь – и на этой иронизирующей ноте был закончен разговор. Впрочем, Робин осталась почти довольной: гонорар был увеличен, а это значит, что все-таки бегала за этим гадом не зря, но только она много потратила энергии, вместо того, чтобы ее поглотить у своей жертвы, она потратила ее на его поиски. Из-за угла блеснули два уголька – сие был Бенито, а вернее его глаза. Она помахала ему рукой, маня к себе, и дог повиновался: подойдя к ней, Бенито положил ей на колени морду. Робин ласково потрепала его за ухо, смеясь – его шерсть щекотала бархатную кожу девушки. Конечно, когда Робин взяла маленького щенка, что-то внутри протестовало, это было внутреннее кошачье я, но вскоре она так к нему привыкла, что не представляет этот дом без ее любимца.
Усталость накатила новой волной, Робин затрясло мелкой дрожью. Вот, блин, попала! – плавно вскочив на ноги, от чего Бенито шарахнулся и посмотрел на хозяйку исподлобья, но вскоре вообще потерял к ней интерес, и ушел на кухню. Робин уже привыкла к такому отношению, поэтому, не обратив внимания, легкой с кошачьей грацией походкой направилась в свою комнату. Поднявшись на второй этаж и пройдя в комнату, первым, что бросилось в ее глаза, так это гобелен «Всадники Апокалипсиса».
-Мои любимые Агнцы – легкая усмешка сменилась задумчивым выражением лица. Меня прозвали Агнцем, какая ирония, идиотизм…. Хотя я оставила это прозвище… - потягиваясь, она лениво мерила комнату шагами. Вскоре пришло озарение, прогуляться до какого-нибудь клуба и найти там миленькую жертву, и восстановить энергию.
-Теперь надо одеться…. А может так пойти, думаю, даже далеко идти не надо будет – Робин усмехнулась, глядя в напольное зеркало. Выбор одежды пал на белоснежную блузу и черные набедренные брюки в обтяжку. Ленивая грация присутствовала во всех ее движениях, она напоминала кошку, которая насытилась, сметаны, и теперь находиться в эйфории. Оглядев себя придирчиво в зеркало, осталась довольной. Образ завершал легкий кожаный черный плащ, в волосах была такая уже привычная черная роза, и длинные лакированные сапоги на шпильке сапоги. Вихрем, сбежав со второго этажа, и промчавшись по холлу, Робин успела крикнуть догу, типа «солнце, ты остаешься один!». Бенито даже ухом не повел, но Робин уже в мыслях была там, куда спешила, предвкушая свой «пир».

------> Прогуляться (куда точно не определилась)